Духовное наследие благоверного князя Владимира в деле воспитания Российского воинства

image80239131

Доклад протоиерея Андрея Амелина, руководителя отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными органами Мурманской епархии на военной секции XXIII Международных Рождественских образовательных чтений

Мы продолжаем праздновать Крещение Господне. Невидимый, непостижимый Творец Вселенной приходит в мир в человеческом виде, чтобы говорить с людьми на понятном ему языке. Богоявление – явление Бога в мир. Господь пришел напомнить человечеству о его предназначении. Наверно, не для того создан человек, чтобы изрядно прокоптив воздух, оставить после себя гору мусора, а для каких-то других, более высоких целей. Господь напомнил людям, что они созданы для вечности. Великий учёный русской словесности Владимир Даль в своём знаменитом словаре разбирает этимологию слова «человек» – чело, устремленное в века, в вечность, иначе говоря – неистребимая, вечная личность. Для вечности мы созданы, и Господь каждому человеку стучится в сердце через его совесть, которая является голосом Божиим в душе каждой личности.

Так Господь однажды постучался в сердце великому князю Владимиру, который был, как мы знаем, суровым язычником. В свое время, когда мне приходилось принимать участие в боевых службах Военно-Морского Флота, в одном из походов во Францию на большом противолодочном корабле, я собирал офицеров в кают-компании, и как раз темой моего выступления была «Князь Владимир. Крещение Руси». Один из офицеров спросил меня тогда:

– Батюшка, вы много интересного говорите, но я человек некрещеный, далекий от веры. Если посмотреть со стороны – что мы знаем о князе Владимире. Мы знаем о том, что это был довольно грозный воин, язычник, поклонялся Перуну, с женщинами все было в порядке – гарем, 600–700 наложниц, денег – море, купался в роскоши. Зачем ему надо было принимать христианство? Если он это сделал, то, наверное, из каких-то меркантильных соображений, политических, потому что теснила Византия — Восточная Римская империя, и он, конечно же, захотел воспринять веру этой империи в силу политических соображений.

Этот капитан 1 ранга получил воспитание в советском атеистическом духе, и тяжело ему было что-то объяснить. Однако владея данными древних письменных источников, одним из которых является «Повесть временных лет», многое можно пояснить. Во-первых, князь Владимир стал христианином не сразу, и Русь была крещена не в один день. Мы знаем, что было три Крещения Руси – как минимум. Первое – при князьях Аскольде и Дире, правителями Киева, когда они, после своего варварского набега, приняли с дружиной Крещение в Константинополе и появились храмы во вновь отстроенной столице Киевской Руси. Потом мы знаем бабушку равноапостольного князя – княгиню Ольгу – при ней было второе крещение Руси, она также строила храмы.

Из западных источников также стало известно, что ирландские монахи просвещали славян, это были очень активные миссионеры, проповедники, тогда еще не было разделения Церквей на католическую и православную, была единая Церковь – церковь православная. Эти монахи были движимы только одной идеей – проповедовать слово Божие, посвящали этому жизнь. То, что в наши святцы сейчас вошел святой Патрик, это справедливо. Они не преследовали никаких политических целей, за ними не стояла огромная империя с православным императором. Ирландские монахи изучали языки тех племен, к которым приходили. Они тоже изрядно потрудились в деле просвещения славянских племён. Таким образом, с христианством князь Владимир был, конечно же, знаком, в его душе происходило это движение к Богу.

Мы также помним, что в одном из походов нужно было принести в жертву двух могучих воинов-варягов, которые входят в святцы, это отец и сын, Иоанн и Петр. Их хотели принести в жертву Перуну, но они защищались так, что дружинники не могли к ним подойти, в результате перебили сваи неприступного дома, в котором находились воины, и они утонули в Днепре. Наверное, князь Владимир и поэтому скорбел – не потому, что не удалось принести в жертву, а потому что в душе его происходил переворот, совесть коснулась его сердца.

Языческая тема интересная, сейчас мы видим, что язычество, неоязычество возрождается. Люди любят всенародного шута – Михаила Задорнова, который является неоязычником, он этого и не скрывает. Мне приходится окормлять спецназ МВД и ФСБ – воинов, которым приходится, как говориться «нюхать порох», со многими воинами общаюсь непосредственно. Они собственными руками воздвигли несколько часовен в местах боевой славы на полуострове Рыбачий – это, кстати говоря, знаменитое место, там есть такой хребет – называется Муста-Тунтури, единственное место, где немецкие захватчики не пересекли границу за всю войну. Это было долгое противостояние, и горные стрелки, эдельвейсы, отборные части австрийцев, ничего не могли сделать с нашими бойцами. Есть фотографии, которые находятся в музеях Кольского Севера, на них кресты, захоронения фашистов, которые сливаются с горизонтом –очень много погибло людей, и с нашей стороны, и со стороны фашистской Германии. Что интересно, недавно в местах боевой славы собирались ветераны, причем не только наши ветераны-участники того сражения, которым уже под 90 лет, их осталось немного, но добрались туда и эдельвейсы. С годами ненависть улеглась, и было трогательно наблюдать, как наши ветераны лобызаются со своими бывшими врагами. Пропустили по 100 грамм фронтовых, используя ненормативную лексику, говорили:

– Ну что, дали мы вам тогда дрозда?

– Я, я. (Да, да) – отвечали немцы.

Немцы помнят эти события и уважают наших воинов. В тех местах мы со спецназовцами устанавливали часовни – Георгия Победоносца, апостола Андрея и благоверного князя Александра Невского. Добираться туда трудно, зимой на снегоходах, летом – на крупных джипах – дорога фронтовая, но мы все-таки это делали. Что интересно, наряду с крестами, которые устанавливали наши воины (кстати, даже в годы войны, несмотря на сопротивление политработников),сейчас там находится множество сейдов – это такие каменные пирамиды, которые устанавливают язычники. Существует такое направление в язычестве – поклонение камням. Когда мы ехали обратно, один спецназовец не выдержал и говорит:

– Отец Андрей, давай-ка мы с тобой эти сейды посшибаем, невозможно смотреть на это.

Когда мы подобрались к сейдам, то увидели на камнях запекшуюся кровь. Это была кровь животного. Что печально, офицеры поведали мне, что сейчас эта оккультная тема очень популярна именно среди спецназа. Если возьмем наш кинематограф, лучшие российские боевики, например «Шаман», – увидим главного героя-спецназовца с накачанными бицепсами, на котором нет креста, но он изображен привлекательным язычником, поклоняющемся духам леса и камушкам. В новостях показывают украинского ополченца, а у него на груди не крест, а дуля висит. Говорит:

– У меня бабушка язычница, она мне посоветовала на шею надеть дулю, поэтому меня ничто не возьмет.

Языческая тема проникает в умы, сознание нашего воинства, и даже передового. Хотя на самом деле, ничего привлекательного в этом нет. Как говорит известный богослов-миссионер отец Андрей Кураев, если вы обращаетесь к демоническому миру, то рискуете получить обслуживание по полной программе. Результатом бывает как минимум – психиатрическая лечебница, но обычно человек накладывает на себя руки, и в военной среде это тоже присутствует, довольно обычное дело, к сожалению.

Князь Владимир от язычества решил отказаться, и сделал это категоричным образом – мы знаем, как он поступил с Перуном. Впоследствии, что интересно, отменяется в России смертная казнь. По сути дела, мы первая европейская страна, которая отменила смертную казнь, хотя европейцы обычно кичатся своей цивилизованностью. Священники греческие уговаривали князя, чтобы он ввел смертную казнь – разбойников много развелось. Великобритания, например, еще в XIX веке вешала подростков за воровство, причем самым беспощадным образом, потому что самое ценное у британца – это деньги, и самое страшное преступление – украсть. А у нас получается, ещё в IX веке была отменена смертная казнь.

Что касается письменных памятников. Есть источники (Повесть временных лет, несколько других византийских источников), из которых мы черпаем информацию о князе Владимире. Допустим, эти исторические письмена могли подвергаться цензуре, но против народного сознания (а народ называл князя «Владимир Красно Солнышко») не попрешь. Он вошел в сознание народа не как дремучий язычник, который убил собственного брата, чтобы княжить, а как человек, который совершенно изменил свой внутренний духовный мир, свое сердце. Как апостол Павел из гонителя христиан стал апостолом, так и князь Владимир из грубого язычника стал равноапостольным для великой Руси.

Приведу пример из жизни спецназа. Группа воинов-профессионалов тренируется в Хибинах – это горы на Кольском п-ове, горнолыжный курорт, туда и президент довольно часто прилетает. В этой группе оказался язычник, при этом все крещеные, и язычник тоже. Некоторые даже исповедуются и причащаются в храме, то есть являются вполне воцерковлёнными людьми. Так вот молодой человек, исповедующий язычество, в своё время снял крест, надел амулет, говоря своим собратьям:

– Вы, христиане, приняли веру евреев, а я – веру предков, которые верили в Перуна и были сильны.

Все аргументы о вере Суворова, адмирала Ушакова, других полководцев, с которыми мы были непобедимыми – проходили мимо ушей.

Перед одной из тренировок в горах, когда бойцы ночевали в палатке, он попросил одного верующего офицера, старшего среди них, который молился за всех поимённо:

– Не молись за меня, не занимайся пустым делом.

На следующий день, когда они лазили по скалам, этот убеждённый язычник сорвался, причем страховка подвела в том месте, где никак не могла подвезти. Слава Богу, не разбился, но пришлось долгое время пролежать в госпитале. Когда старший собрат его навещал, тот спросил:

— Ты исполнил тогда мою просьбу не молиться за меня?

— Да, я прекратил молиться за тебя перед теми учениями.

– Так молись за меня снова.

Таким образом, Господь вразумил воина, отрекшегося от своего крещения.

Многие либерально настроенные политики, финансируемые с Запада, говорят о том, что князь Владимир крестил дружину и народ насильственным образом. Это ложь, поскольку в то время общество было другим – патриархальным, никаких диссидентствующих людей не было. Князь Владимир воспринимался как отец народа, поэтому пример князя был для всех примером, пусть где-то и неосознанно. С христианством были знакомы все язычники, но когда князь крестился, за ним пошла вся дружина, а потом и весь народ. Никакого насильственного крещения не было, и невозможно было насильственно крестить, люди были свободного духа. Хотя князь Владимир и был отцом, но если бы он не устраивал дружину, его могли и убить. Тем не менее, авторитет князя был настолько велик, что дружинники приняли крещение.

Князь был отцом для дружины, и для всего народа, командир – тоже отец для воинов. Это сохранилось в нашем воинском менталитете. Наш владыка митрополит Симон, управляющий Мурманской и Мончегорской епархией, неоднократно служил на открытом воздухе Литургию в воинских частях. Как-то он решил совершить Литургию на самой отдаленной заставе – это Екатерининская застава, граница с Норвегией, но игумен близлежащего монастыря не смог подготовить личный состав к приезду Владыки. Добираться туда тоже очень тяжело. Но мы приехали, стали готовиться. Но как воспринимали наш приезд воины? В выходной день приехали какие-то бородатые мужики, одеваются в яркие одежды, говорят, что Литургию будут служить. Все бойцы заставы не имели ни малейшего представления о богослужениях Церкви.

Владыка спрашивает:

– Вы будете молиться?

Нашелся смелый сержант, говорит:

– Да мы вообще не понимаем, что происходит, не хотим, у нас выходной, телевизор хотим посмотреть, мы вас не ждали.

Было неудобно перед Владыкой, но он вошел в ситуацию, понял, что ребята совсем неподготовленные. Говорит мне:

– Отец Андрей, построй личный состав, поговори, что такое Исповедь, Литургия, постарайся это сделать за 10 минут.

Конечно, в 10 минут я не уложился, но удалось донести пограничникам простым языком важные вещи. Что интересно, с нами был подполковник, главный воспитатель пограничного отряда, человек нецерковный, он пошел первый на исповедь, аза ним другие офицеры и так воины пошли исповедоваться все как один. Никакого принуждения не было Все были допущены до Причастия, с удовольствием слушали проповедь Владыки и были потрясены до глубины души. Наши сердца, хотя многие из нас и вышли из атеистической советской среды, остались чуткими к божественным реалиям. Нужно находить слова, молитвы, чтобы достучаться до сердец нашего воинства.

Если командир будет стремиться стать отцом для своих подчинённых, а военный священник – духовным отцом Российского воинства, то в итоге мы получим непобедимую Армию и Военно-Морской Флот.

Вам могут быть интересны эти публикации:

Top