Из истории военного духовенства

Во все времена существования Русской Православной Церкви ее важнейшей миссией было служение национальным интересам Отечества. Именно она содействовала государственному объединению разрозненных славянских племен в единую державу, а позднее оказала решающее влияние на процесс сохранения национального единства Русской земли, целостности и общности живущих на ней народов.

С первых веков принятия христианства на Руси оформился тесный союз служителей веры и воинства. И связь эта имела огромное значение. На окруженной недругами Руси Православие издревле было воинственным, а воинство — православным.

Испокон веков и по сей день воины считают своими покровителями Великомученика Георгия Победоносца, выдающегося полководца и государственного деятеля Древней Руси благоверного князя Александра Невского, князей-полководцев Дмитрия Донского, равноапостольного князя Владимира и его сыновей воинов-страстотерпцев Бориса и Глеба, а также многих других.

Не случайно само слово «воин» в церковном языке имеет особое значение, высокий смысл. Особое внимание и уважение Церкви к военной профессии во многом обусловлено жертвенным характером воинской службы и связанных с нею тяготами, лишениями; ее высокой значимостью для Отечества и святостью как высшим проявлением воинского духа. В этом смысле весьма характерно, что и в военном, и в церковном обиходе ярчайшее проявление жертвенного служения именуется одинаково — подвигом. А подвигом, как известно, может быть не только мгновенный взлет героического духа, но и терпеливое будничное несение жизненного креста…

Славянские православные дружины именовались «христолюбивым воинством». История сохранила нам немало примеров, которые свидетельствуют о христолюбии православных солдат и офицеров, о решающем значении в из мировоззрении и в образе жизни христианской веры, равно как и о патриотизме Матери-Церкви. С церковным благословением, под святыми знаменами, заступаемые иконами, хранимые молитвенным покровом Божией Матери и заступничеством святых покровителей, шли они на правый бой.

Куликовская битва в 1380 году и последующее освобождение от монголо-татарского ига, борьба с интервентами за сохранение государственной независимости в начале XVII века, многочисленные последующие военные события свидетельствуют, что Русская Православная Церковь никогда не стояла в стороне от событий, переживаемых народом и государством, но всегда делила с ним все радости и горести. В периоды междоусобных войн, смут, раздробленности, иноземного ига именно Церковь призывала народ, власти и воинство к единству для защиты Отечества.

До учреждения в Русском государстве регулярного войска обязанность по духовному окормлению ратных людей возлагалась на придворное духовенство. Поэтому можно предположить, что к середине XVI века, когда в Московии было создано постоянное стрелецкое войско, насчитывавшее 20-25 тысяч человек, появились и первые восточнославянские военные священники (однако письменных свидетельств об этом не сохранилось).

Во всяком случае, достоверно известно о наличии военных священников в период царствования государя Алексея Михайловича Романова (1645-1676). Об этом свидетельствует устав того времени: «Учение и хитрость ратного строя пехотных людей» (1647), в котором впервые упоминается полковой священник и определяется его жалованье. С этого времени уже начинает создаваться система управления военным духовенством.

Дальнейшее становление и совершенствование структуры военного духовенства связано с реформами Петра I. Так, в «Воинском уставе» 1716 года впервые появилась глава «О священнослужителях», которая определяла правовое положение священников в армии, их обязанности и основные формы деятельности.

В XVIII веке Церковь и войско образовали единый организм под эгидой государства. Созданный Петром I корпус военных священников органично влился в структуру Российской армии и флота, которые были православными не только по духу своему, но и по форме: православная атрибутика пронизывала воинские ритуалы, службу и быт воинов. Не случайным было и то, что имена святых, особо почитаемых на Руси, носили также и ордена: святого апостола Андрея Первозванного, святого равноапостольного князя Владимира, святого Александра Невского, святой Анны, святого Великомученика Георгия Победоносца. Священной для воина была присяга, ритуал принятия которой имел религиозный характер.

Несомненно, что религиозно-нравственному и идейному формированию «христолюбивого воинства» решающим образом способствовала православное догматическое трактование проблем войны и армии. Понимание войны как религиозно-политического явления создавало идеологический фундамент военной политики России и обусловливало правомерность применения военной силы в правом деле.

Определяя войну вообще как бедствие и несомненное зло, Православная Церковь во все времена объявляет войны в защиту Отечества священными. Погибшие в освободительной войне совершают подвиг жертвенной любви, ибо «нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 15: 13).

С развитием армии и флота развивалась и совершенствовалась организационная структура и деятельность военного и морского духовенства. Если первоначально оно подчинялось епархиальному священноначалию, то при императоре Павле I в 1800 году управление военным духовенством было обособлено от епархиального.

Руководство армейским и флотским духовенством было сосредоточено в деятельности полевого обер-священника (позже главного священника) армии и флотов, который имел право личного доклада Императору. Обер-священники обязаны были наблюдать за службой и поведением полковых и корабельных священников, заботиться об охране и расширении их прав, преимуществ и материальном обеспечении, ходатайствовать о награждении достойных и назначении уволенным пенсий и пособий, наблюдать за расходованием церковных денежных сумм.

Основная работа по религиозному и духовно-нравственному воспитанию военнослужащих проводилась полковыми священниками. В назначенный командиром час они обязаны были совершать богослужения в полковых церквах в воскресные и праздничные дни, совершать Таинства и требы, научать воинов истинам православной веры и благочестия, проводить беседы и чтения, утешать больных в лазаретах.

Однако не только под сенью храмов и в тиши казарм духовно окормляли свою паству армейские и флотские священники. Они были рядом с воинами в боях и в походах, делили с солдатами и офицерами радость побед и скорбь поражений, все тяготы военного времени. Они благословляли идущих в бой, воодушевляли малодушных, утешали раненых, напутствовали умирающих, провожали в последний путь погибших. Они были любимы армией и необходимы ей.

Отечественная война 1812 года потребовала от народа и монархии чрезвычайного напряжения всех духовных и физических сил для отпора армии Наполеона, не имевшей доселе равных в Европе.

Главнокомандующим Русской армией был назначен князь Михаил Илларионович Голенищев-Кутузов — выдающийся полководец и благочестивый христианин. Со ступеней Казанского собора, поклонившись Казанской иконе Божией Матери, он отправился в войска.

По воспоминаниям очевидцев, в канун Бородинской битвы все воинство вместе с князем Кутузовым усердно молилось перед Смоленской иконой Пресвятой Богородицы о даровании победы. Стотысячная армия воссылала свои молитвы к Царице Небесной о защите и покровительстве.

Истории известно множество примеров мужества и самоотверженности, проявленных военными пастырями в боях и походах Отечественной войны 1812 года. Так, священник Московского гренадерского полка протоиерей Мирон Орлеанский в сражении при Бородине шел под шквальным пушечным огнем впереди гренадерской колонны и был ранен. Несмотря на ранение и сильную боль, он остался в строю и выполнял свои обязанности.

Священник Финляндского драгунского полка Алексей Стратонович участвовал в сражениях с французами под Полоцком и при местечке Ушачи. Перед атаками он выезжал впереди полка с крестом в руках, ободрял и воодушевлял воинов, напоминая им о долге и присяге. За свои подвиги он был награжден тремя наперсными крестами: «Из кабинета Его Величества», на Георгиевской ленте и от Святейшего Синода.

Священник 19-го егерского полка Василий Васильковский 15 июля 1812 года в сражении под Витебском шел впереди боевых порядков, благословляя полк крестом. Во время боя он находился в самом его центре, воодушевляя сражавшихся и напутствуя умирающих. Получив ранение в голову, отец Василий не оставил поля боя. От неприятельской пули его спас крест, висевший на груди. Отличился священник Василий Васильковский и в тяжелом бою под Малоярославцем. По представлению Главнокомандующего, он был награжден орденом святого Великомученика и Победоносца Георгия II степени.

Очередным тяжелым испытанием крепости народного духа и мужества русского воинства стала Крымская война 1853-1856 годов. Одним из наиболее отличившихся в этой войне священнослужителей был старший священник Могилевского пехотного полка протоиерей Иоанн Матвеевич Пятибоков. В марте 1854 года, переправившись через Дунай, полк был встречен сильным неприятельским огнем. Потери полка оказались значительными, и противник стал теснить русских солдат. В самый критический момент боя отец Иоанн, возложив на себя епитрахиль и взяв в руки крест как знамение победы, вышел впереди цепей, осенил им воинов и воскликнул: «С нами Бог, ребята, и да расточатся враги Его!.. Родимые, не посрамим себя! Сослужим службу во славу Святой Церкви, в честь Государя и на утешение нашей матушки России!». Оборона Севастополя, подвиг иеромонаха Иоанникия (Савинова)

Вслед за этими словами пастырь в первых рядах ринулся на врагов. Воодушевленные примером своего духовного отца, солдаты дружно обрушились на турок. Во время атаки отец Иоанн, осеняя воинов крестом, одним из первых взошел на стены укрепления. При этом отважный пастырь был дважды ранен. Часть креста, который он держал в руке, была отбита пулей, а епитрахиль разорвана картечью. Геройский штурм турецких укреплений закончился полной победой над врагом. За этот подвиг отец Иоанн был награжден орденом святого Георгия IV степени.

Героически вел себя этот же пастырь и во время одиннадцатимесячной осады Севастополя.

Примером мужества и верности долгу в Отечественной войне стал подвиг другого военного пастыря Иоанникия Савинова, состоявшего на службе в 45-м флотском экипаже. В критический момент боя отец Иоанникий в епитрахили, с поднятым крестом и с громким пением молитвы пошел в бой впереди солдат. Воодушевленные солдаты стремительно ринулись на неприятеля, пришедшего в замешательство. Один из французов, опомнившись, бросился на безоружного пастыря, пытаясь заколоть его штыком, но не успел, ибо сам был убит. От штыка пострадали лишь епитрахиль и рукав рясы священника. В результате неприятель бежал.

Будучи на перевязочным пункте, отец Иоанникий был контужен вражеской пулей, попавшей в его наперсный крест. За подвиг отец Иоанникий был награжден орденом святого Георгия IV степени. Из числа двухсот военных пастырей — участников Крымской войны — двое были награждены орденами святого Георгия IV степени; 93 пастыря — золотыми наперсными крестами, в том числе 58 человек — крестами на Георгиевской ленте; 29 военных священников были награждены орденами святого Владимира III и IV степени.

Военные пастыри были верны доблестным традициям армейского и флотского духовенства и в последующих войнах.

С Богом вперед! Так, во время русско-турецкой войны 1877-1878 годов особо отличился священник 160-го пехотного Абхазского полка Феодор Матвеевич Михайлов. Во всех сражениях, в которых принимал участие полк, отец Феодор был впереди. При штурме крепости Карса пастырь с крестом в руке и в епитрахили, находясь впереди цепей, был ранен, но остался в строю.

Полковой священник Феодор Михайлов был широко известен в войсках своей необычайной храбростью. За отличия в боях он был награжден золотым наперсным крестом на Георгиевской ленте, а также орденами святой Анны II степени с мечами и святого Владимира IV степени с мечами.

Образцы героизма и мужества показали военные и флотские священнослужители во время русско-японской войны 1904-1906 годов. Как и прежде, священнослужители стояли плечом к плечу с воинами. Лучшее подтверждение их мужества — сухие строки документов. Так, в одном из приказов по войскам за 1904 год указывалось: «Священник 5-го Восточно-Сибирского полка А.Мшанецкий, эскадренного миноносца «Победа» иеромонах Никодим и крейсера 1-го ранга «Баян» А. Куньев 18 и 19 ноября во время боя… служили в редутах и окопах молебны, обходили войска и кропили их святой водой и давали прикладываться ко кресту. Своим появлением и своими действиями они утроили дух гарнизона…».

Известно множество других примеров самоотверженной деятельности военных священников во время боев.

О массовой доблести военных священников в годы первой мировой войны свидетельствовали и многочисленные факты их награждения за боевые заслуги.

Флотские священники. XIX в.К концу 1915 года военных священников насчитывалось 2 тысячи, а всего их было в армии свыше 5 тысяч. Из них в годы первой мировой войны (по далеко не полным данным, и только до 1916 года) было награждено свыше 1500 человек. Так, если за все время существования Георгиевского креста до первой мировой войны этой высшей воинской награды было удостоено только 4 военных священника, то за лишь за 1914-1915 годы их насчитывалось уже 14 человек.

За этот же период военным пастырям было вручено 227 золотых наперсных крестов на Георгиевской ленте, 85 орденов святого Владимира III степени с мечами, 203 ордена святого Владимира IV степени с мечами, 304 ордена святой Анны II степени с мечами и 239 орденов святой Анны III степени с мечами.

Четыре с половиной тысячи представителей военного духовенства пали смертью храбрых или были искалечены на войне.

Возрождение миссии православного духовенства в вооруженных силах становится в наши дни не только заботой о будущем, но также и данью благодарной памяти военным священнослужителям — добрым воинам Христовым.

И.В.ОРЖЕХОВСКИЙ,
профессор Белорусского государственного университета,
историк

Официальный портал Беларусской Православной Церкви

Вам могут быть интересны эти публикации:

000-238 1Y0-992 HP2-H28 1Z0-545 HP3-X12 E20-655 JN0-102 70-534 220-902 LX0-103 220-901 74-678 500-265 70-466 98-365 210-060 300-208 400-151 400-201 101-400 640-911 70-331 70-486 70-243 70-469 700-039 642-996 100-105 810-403 300-209 600-199 C9530-272 640-878 352-001 IIA-CGAP NS0-157 210-455 70-347 N10-006 300-365 642-997 210-065 300-550 70-346 70-533 DEV-401 642-998 600-199 RCDD 102-400 98-364 EX300 70-465 210-260 642-889 70-488 70-341 300-206 98-369 70-483 70-411 200-310 400-251 70-646 70-462 70-489 210-451 1z0-599 200-125 300-075 700-505 HP0-P24 HP0-P25 VCS-273 HP0-J63 HP0-J66 700-037 M70-201 CISA 350-018 1z0-342 MB6-702 300-085 70-247 70-385 300-370 1K0-001 77-427 500-260 200-355 642-887 300-101 642-457 CISM CCA-500 300-320 70-480

Top