Приложение № 18

СОДЕРЖАНИЕ

Стенограмма совещания у Президента Российской Федерации Д.А.Медведева по вопросам преподавания в школах основ религиозной культуры и светской этики и введения в Вооруженных Силах Российской Федерации института воинских и флотских священнослужителей

МЕДВЕДЕВ Д.А.: Уважаемые участники совещания!

В мой адрес поступило два обращения руководителей ведущих наших российских конфессий, которые, собственно говоря, я и предлагаю сегодня обсудить. В одном из этих обращений вы поднимаете вопрос о преподавании в школах дисциплин, которые направлены на духовно-нравственное просвещение нашего подрастающего поколения. А во втором из обращений говорится о введении в Вооруженных Силах отдельного института воинских и флотских священнослужителей.

Это темы не новые. Надо признаться, что дискуссии вокруг этих тем идут в нашем обществе давно и, безусловно, не только требуют самого пристального внимания, но и уже окончательного реагирования на эти дискуссии и уже, соответственно, на ваши предложения со стороны государства.

Отношения государства и религиозных организаций в вопросах образования и воспитания, конечно, исключительно важны, они затрагивают наиболее значимые вопросы формирования мировоззрения, системы ценностей любого человека, правил и, конечно, самым серьезным образом влияют и на становление личности — личности человека и гражданина Российской Федерации.

Мы обсуждали эти вопросы и в ходе встреч с вами, и на совместном заседании Президиума Государственного Совета Российской Федерации, и Совета по взаимодействию с религиозными объединениями при Президенте Российской Федерации в Туле, который проходил с вашим участием. И конечно, мы все ценим ту огромную духовно-просветительскую работу, которую вы ведете как руководители наших крупнейших традиционных конфессий.

В общем и целом что я хотел бы сказать, отвечая на ваши обращения. Я принял решение поддержать оба эти обращения. Я имею в виду и идею преподавания в школах России основ религиозной культуры и светской этики, также считаю целесообразным организацию работы на постоянной основе в наших Вооруженных Силах священнослужителей, представляющих традиционные российские конфессии. Оба эти решения я готов поддержать.

Сегодня я предлагаю обсудить детали практической реализации данных предложений, но, конечно, хотел бы сделать несколько, на мой взгляд, во всяком случае, принципиальных замечаний.

Первое. В большинстве субъектов Российской Федерации имеется довольно значительный опыт взаимодействия местных властей и религиозных объединений, в том числе в сфере школьного образования. И преподавание основ традиционных религий для них уже далеко не новость, не какая-то экзотика, как это было в начале 90-х годов, а успешно осуществляемые программы. Это так. И это облегчает нашу совместную задачу.

Кроме того, если говорить о второй составляющей, Министерство обороны Российской Федерации уже давно сотрудничает с крупнейшими религиозными объединениями, и накопленный опыт должен быть обязательно учтен при планировании нашей дальнейшей работы.

Я не буду погружать вас в статистику о том, что было сделано в смысле факультативного преподавания, в смысле соглашения о сотрудничестве между нашими традиционными конфессиями и Министерством обороны, — вы сами хорошо об этом знаете.

Вторая принципиальная вещь, о которой я хотел бы сказать. Она имеет легальное происхождение, имеет легальные корни. Напомню норму Конституции России. В статье 14 говорится о том, что религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом, при этом каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать любую религию или не исповедовать никакой. Это статья 28.

Я думаю, что мы должны подчеркнуть и безусловную важность соблюдения этих фундаментальных конституционных положений на каждом этапе реализации согласованных планов, согласованных, прежде всего с представителями конфессий, которые и выступили инициаторами сегодняшнего обсуждения. Поэтому каждый нормативный акт в этой сфере, видимо, должен будет пройти соответствующую общественную экспертизу.

И конечно, я бы хотел обратить внимание и правительственных структур, и Администрации Президента Российской Федерации, что наши сегодняшние решения, затрагивают крайне чувствительные социальные сферы, в сотрудничестве с которыми нам необходимо проявлять и открытость, и деликатность, и доброжелательность, и всяческое терпение по всем вопросам.

Что касается Вооруженных Сил Российской Федерации, ни для кого не секрет, что нашу Родину защищают представители всех национальностей, — так было всегда и так будет, это необходимо — всех наших краев, территорий, областей. Среди солдат и среди командиров были, есть и будут и православные, и мусульмане, и буддисты, и последователи иудаизма, других религий, в конце концов, будут те, кто не причисляют себя ни к какой религии, будут и атеисты, наверное. Все они служат в Армии и рискуют самым дорогим, что есть у человека — это жизнью. С другой стороны, все они имеют право на получение духовной поддержки от близких им людей в соответствии со своими духовными воззрениями, это тоже нормально, Конституционные принципы равенства, добровольности, свободы совести должны быть соблюдены в отношении всех военнослужащих.

И при введении должностей воинских и флотских священнослужителей в частях, сначала дислоцированных вне территории России, а затем, скажем, со следующего года на уровне военных округов, бригад, дивизий, высших учебных заведений, я думаю, что мы должны руководствоваться реальными соображениями, реальными сведениями об этноконфессиональном составе частей и соединений.

Как вариант это тоже, наверное, следует обсудить, можно было бы подумать о том, что если более 10 процентов личного состава бригады, дивизии, учебного заведения составляют представители народов, традиционно связанных с той или иной конфессией, священнослужитель данной конфессии может быть включен в штат соответствующего соединения. Это на наше с вами обсуждение и на окончательное решение.

Полагаю также, что воинские и флотские священнослужители должны оставаться гражданскими лицами, это, наверное, нормально.

Еще раз хотел бы сказать, что я поддерживаю два ваших обращения, поскольку считаю, что их реализация поможет укрепить моральные, духовно-нравственные основы нашего общества, укрепить единство нашего многонационального и многоконфессионального государства. Пожалуйста, давайте начнем обсуждение. Я думаю, что было бы правильно сначала дать высказаться как раз руководителям конфессий. Пожалуйста, начнем с выступления Его Святейшества Патриарха Московского и всея Руси Кирилла. Ваше Святейшество, пожалуйста.

Патриарх КИРИЛЛ: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, я хотел бы сердечно поблагодарить Вас за эту возможность встретиться с Вами. И замечательно, что мы встречаемся in corpora, все вместе, лидеры, представляющие традиционные религии России.

Действительно, в Ваш адрес было направлено два письма, которые явились результатом долгих наших совместных размышлений и в рамках Межрелигиозного совета России, и на двустороннем уровне. И сегодня мы можем свидетельствовать, что мы достигли взаимопонимания, и это общее взаимопонимание было представлено в тех документах, которые Вы получили.

Благодарю Вас за позицию, которую Вы только что выразили. Я думаю, что эта позиция покрывает все озабоченности, существующие в нашем обществе. Это пример того, как можно достигать консенсуса творчески, мирно, спокойно, включая в процесс размышления весь тот дискуссионный пласт, который существовал в нашем обществе. Этот пласт не был спокойным, здесь было достаточно различных турбуленций, но в итоге очень правильные сделаны выводы из всей этой дискуссии.

Вывод, который Вы так ясно нам сейчас представили, я думаю, будет и вдохновлять всех нас, и убеждать в правильности этого решения.

Во-первых, идея добровольности. Существует русская пословица: «Невольник — не богомольник». Существует опыт Российской империи, когда силой заставляли учить Закон Божий, а потом те, кто учил Закон Божий, пошли спиливать кресты. Опыт показывает, что только добровольное восприятие такого рода идей, каковыми являются религиозные идеи, может быть полезным для человека и эффективным.

Идея добровольности сейчас ясно была сформулирована. И то, что в результате выбора будут покрыты все озабоченности, выраженные нашим обществом, это очень важно. С одной стороны, одни хотят изучать культуры традиционных религий, другие хотят иметь религиоведческий курс, третьи хотят, и законно хотят, получать знания в области светской этики. И все эти озабоченности покрыты. Я думаю, что добровольность и альтернативность являются базисом, на основании которого может существовать вся эта система.

Очень важно также то, что сейчас прозвучало в Вашем выступлении -это то, что я бы назвал аксиологической когерентностью, простите за философско-физическою терминологию. Но знаете, как лазерный луч при помощи соответствующих приспособлений становится когерентным лучом, направленным на одну цель, может передавать колоссальную энергию, впитывая в себя разные потоки. Так и тут, очень важно, чтобы разные подходы к изучению религиозной тематики на выходе нам давали этот когерентный луч. Чтобы была действительно сфокусирована энергия наших людей, направлена на достижение высоких целей, чтобы была сформирована аксиология нашего народа. Она существует, конечно, эта аксиология, но сейчас в новых условиях слишком много вызовов, нравственных вызовов, в том числе и молодежи.

Если каждый из нас будет работать на достижение одних и тех же целей, одних и тех же ценностей, таких, как патриотизм, уважение к старшим, добросовестное отношение к труду, защита окружающей среды, сочетание нравственности со всеми сферами человеческой жизни — с профессиональной, с творческой, с бизнесом, со всем, что человек делает, то я думаю, что в результате можно будет действительно включить очень важную религиозную мотивацию, а также достойную светскую мотивацию в формирование таких правильных подходов нашей молодежи к проблемам современной жизни.

Мне бы хотелось еще вот о чем сказать. Думаю, что важным и правильным было то, что преподавать все эти дисциплины будут светские педагоги, светская школа, — принцип отделения церкви от государства. И вообще важно, что вся эта система укладывается в наше конституционное и законодательное поле, ни один закон не подвергается какой-то деформации, все работает. И в рамках этого конституционного и законодательного поля достигается вот этот компромисс. Поэтому я хотел бы выразить большую благодарность, я думаю, что мои собратья присоединятся к этому.

Что же касается Вооруженных Сил Российской Федерации, действительно, как, собственно говоря, и в школе, был уже опыт наработан положительного преподавания религиозных знаний, так и в Вооруженных Силах опыт положительный. Даже самый пристрастный анализ того, что происходило в этой области, свидетельствует о том, что ничего опасного для общества и государства не происходило, а положительного было очень много.

И конечно, Вы правильно сказали, в Вооруженных Силах человек принимает Военную присягу. Ничем не может быть компенсирована та угроза, которую он согласен принять как вызов всей своей жизни. Никакой зарплатой невозможно поднять человека в атаку на море огня. Но ведь люди встают и идут в эту атаку. И разве калькулируется какая-то зарплата и какие-то возможные бонусы за этот шаг? Никогда в сознании это не происходит. Поэтому нужна иная мотивация, и, в связи с этим, присутствие священнослужителей традиционных религиозных конфессий России в Армии будет способствовать укреплению морально-психологического состояния военнослужащих, будет очень важным фактором в воспитании так же, как, конечно, и сохранение системы светского воспитания в Вооруженных Силах. И тут, я думаю, мы должны рука об руку работать и опять-таки работать для достижения одних и тех же целей.

Я очень надеюсь, что внедрение преподавания в школе положительных знаний о религии, а также религиоведческой дисциплины и светской этики не снизит уровня преподавания этих дисциплин в тех регионах, где практика значительно более продвинутая, чем та, которая полагается нами сегодня в основу этого процесса с тем, чтобы в тех регионах, где уже большой путь пройден, не было движения назад. Тем более что результаты этой практики показывают, если уподобиться барометру, то стрелка на «ясно». Поэтому, думается, что надо сочетать эти подходы с тем, что мы уже имеем и двигаться вперед.

Я хотел бы еще раз сердечно Вас поблагодарить, Дмитрий Анатольевич, так же как и своих коллег, с которыми мы действительно идем вместе. И пользуясь случаем, я хотел бы сказать, что мы имеем уникальный уровень межрелигиозных отношений в России.

МЕДВЕДЕВ Д.А.: Спасибо, Ваше Святейшество.

Патриарх КИРИЛЛ: Благодарю Вас, Дмитрий Анатольевич.

МЕДВЕДЕВ Д.А.: Я прошу выступить и наших других уважаемых гостей. Сначала муфтия Исмаила Бердиева. Пожалуйста, Исмаил хаджи, Вам слово.

Муфтий БЕРДИЕВ И.А.: Ваше Превосходительство, уважаемый Президент! Ваше Святейшество, уважаемый Патриарх! Уважаемые министры! Коллеги! Мне кажется, сегодня это исторический момент — взаимодействие религии и государства. И не случайно это все пошло после того, как Вы посетили мечеть, Дмитрий Анатольевич. Надо почаще посещать.

Да, мы обращались с такой просьбой, давно об этом говорим. У нас на Кавказе уже есть опыт, небольшой, но есть, и это дает свои плоды. Когда дети начинают познавать религию, то они меньше балуются. И когда они знают, что в себе несет религия, то этих людей уже нельзя повернуть на тот путь, которым пользуются террористы, которые взяли себе на вооружение именно псевдорелигиозные лозунги. А они взяли почему? Потому что у нас в советское время религия была отрицаемой, что ее нет, мы все шли к светлому будущему коммунизму, а оказалось — его нет. И вот поэтому у нас, мне кажется, эти все беды были.

На мой взгляд, что мы должны в этом составе подумать? Есть немножко перегибы, когда религиозность начинает одна превосходить над другой. Мы иногда с молчаливого нашего согласия даем им повод. Когда начинают выступать и говорить, что Русь православная, то я с этим не могу согласиться. Я бы хотел посмотреть на того православного, который себя считает большим россиянином, чем я. Россия — она есть Россия, наш общий дом. И поэтому, мне кажется, вот эти моменты надо немножко знать и пресекать вовремя.

Я почему об этом говорю? У нас населенные пункты, начинают ставить кресты, полумесяцы — это абсолютно не нужно. Ведь населенный пункт абсолютно не имеет никакой религиозной принадлежности. И когда это делается, это именно разделяет людей. А мы должны делать все для того, чтобы сближать.

Вы правильно сказали, что касается священников в Армии, — нельзя, чтобы они имели какой-то чин. А то если православный священник будет генералом, а иудей полковником, полковник все равно перейдет, станет генерал-лейтенантом, это мы знаем, он найдет там тропинки. А буддисты с мусульманами останутся где-нибудь сержантами или прапорщиками. Этого нельзя, конечно, допускать.

В основном мы все поддерживаем, и надо начинать, а там уже посмотрим.

МЕДВЕДЕВ Д.А.: Спасибо, Исмаил Алиевич.

Теперь выступление муфтия Равиля Гайнутдина. Пожалуйста, Равиль Исмагилович.

Муфтий ГАЙНУТДИН Р.: Благодарю Вас, многоуважаемый Президент Российской Федерации! Многоуважаемый Патриарх Московский и всея Руси! Уважаемые мои коллеги! Уважаемые участники сегодняшнего собрания!

Я также хотел сказать слова благодарности нашему Президенту, который принял наше обращение и обратил на это особое внимание.

Вопрос духовно-нравственного воспитания в нашем обществе — это, наверное, главная задача и нашего общества, а общество — это наши религиозные организации, национальные культурные общества, это наши ученые, это наши институты, и, конечно же, это школа, в том числе и Армия.

Мы всецело поддерживаем то, что сегодня государство делает во имя укрепления обороноспособности нашей страны, а также те усилия нашего государства по духовно-нравственному воспитанию и военнослужащих, это, безусловно, духовно-нравственное воспитание подрастающего поколения, наших школьников.

Мы, мусульмане, всегда помним слова посланника Аллаха пророка Мухаммеда, да будет с ним мир и милость Всевышнего, который сказал: «Любовь к Родине — это от подлинной веры». Поэтому само учение ислама обязывает мусульманина быть патриотом, любить свою Родину и защищать свое государство.

Мы понимаем, когда родители направляют своих детей в Вооруженные Силы Российской Федерации, в Армию, это, наверное, и в других государствах так же, они, безусловно, беспокоятся и за духовно-нравственное окормление своих детей. И то, что в течение многих уже последних лет мы, религиозные организации, имели возможность приходить в войсковые части, встречаться с военнослужащими, оказывать им моральную, духовно-нравственную поддержку — это, безусловно, сыграло положительную роль. Поэтому мы считаем, что в Армии должны быть наши священнослужители, которые будут духовно окормлять наших военнослужащих. Это будет способствовать и росту патриотизма, и любви к своей Родине, и направлять их на более осознанную защиту своего Отечества, интересов своего государства.

Что касается этих военнослужащих, священнослужителей, которые будут в Армии и будут представлять институт военных священников, я думаю, что Вы правильно отметили, что они не должны быть военнообязанными и носить воинское звание, чин, а должны духовно окормлять, быть ближе, не командовать, а наоборот, помогать им воспитывать их и быть самым таким доверительным помощником, советчиком и духовным наставником в армии.

И я надеюсь, что мы всегда будем помнить о том, что Россия — наше многонациональное, этноконфессиональное государство. И, исходя из этого, мы надеемся, армейские власти будут защищать свободу вероисповедания и права военнослужащего. И я уверен, их религиозные чувства не будут ущемлены теми или иными командирами в коллективе армии. А также мы убеждены, что мы найдем приемлемую модель института военных священнослужителей, взаимодействуя с Министерством обороны Российской Федерации. Безусловно, это будет отвечать интересам и нашего государства, и армии, и, конечно, интересам нашего общества.

Я еще раз благодарю Вас, уважаемый господин Президент, за то, что Вы нашли время, собрали нас и интересуетесь мнением лидеров религиозных организаций России.

МЕДВЕДЕВ Д.А.: Как же я могу им не интересоваться? Это мой долго. Спасибо.

Слово муфтию Талгату Таджуддину. Пожалуйста, Талгат Сафич, Вам слово.

Муфтий ТАДЖУДДИН Т.: Уважаемый Президент Российской Федерации Дмитрий Анатольевич! Ваше Святейшество! Досточтимые участники этого совещания! От имени Центрального духовного управления мусульман России что я хочу сказать. В целом полностью я поддерживаю эти два обращения. И не просто это два, можно было и одно, но на самом деле, это взаимосвязано.

Здесь цель нашего обращения не просто, чтобы в школах преподавалась религия или давалось образование о религии, и чтобы священнослужители были в Армии. Основная цель — чтобы наши дети были духовно-нравственными, сильными духовно. От этого зависит и безопасность нашей страны, и наше будущее. Цель в этом, чтобы духовно-нравственная работа, которая проводится в обществе духовенством традиционных конфессий, нашла отражение и на нашей молодежи. Это слово доведено не просто от нас, но и желания, и чаяния наших прихожан, и подавляющего большинства народов нашей страны.

Эти проблемы многие годы обсуждались и на Межрелигиозном совете России под руководством Его Святейшества, различные мнения высказывались, сейчас мы тоже слышим. Очень приятно, что не сразу этот вопрос ставится так конкретно, а в некоторых регионах, и потом и в Вооруженных Силах Российской Федерации не одним днем только это решается, потому что действительно это деликатный вопрос. Здесь взаимоотношения и традиционных конфессий, и различных народов, наций, у нас более 100 народов. И поэтому все здесь нужно учитывать, чтобы мы не разделили нашу молодежь, у которой еще грамоты настоящей, образования о религии почти что нет, можно сказать. 70 лет мы были оторваны от этого, но у нас есть огромный опыт веков, который завещали нам предки.

И в Российской Армии были и полковые имамы, и полковые священнослужители, и они выполняли свою задачу, именно поддержать воина, чтобы он любил свою Отчизну и всей душой, всем сердцем защищал свое Отечество, а для этого надо именно подготовить этих воинов еще в школе. Как подготовить? Видимо, надо еще больше обсуждать. Это не только вопрос того, что мы согласуем, лидеры духовных конфессий, традиционных конфессий, это должно обсуждать и общество, выразить свое мнение. И нам надо к ним обращаться, чтобы это получило положительный отклик в нашем обществе и послужило духовно-нравственному возрождению нашего общества и процветанию Отчизны.

МЕДВЕДЕВ Д.А.: Спасибо большое.

Слово главному раввину Российской Федерации Берл Лазару. Пожалуйста, уважаемый раввин.

Раввин ЛАЗАР Б.: Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Прежде всего, я хотел поблагодарить за Ваше внимание к вопросам воспитания и духовности. Дети, молодежь не должны расти без духовной составляющей, и мы обязаны дать им моральные ценности и установки. А моральные ценности не только общие для наших традиционных религий, они реально исходят от религии. Все заповеди, которые Бог дал Моисею на горе Синай, направлены на то, чтобы люди стали жить праведной жизнью. И главная характеристика этой праведной жизни — это любовь к ближнему, это главное для всех нас — христиан, мусульман, буддистов и евреев.

Только что мы слышали от многоуважаемого Патриарха, что особенность России в том, что у нас религиозные лидеры дружат между собой. Очень часто мы даже помогаем друг другу. И главное сейчас использовать это понимание в полной мере, чтобы даже дети уже в школе знали, что Россия — многонациональная страна, многоконфессиональная, что у каждого народа есть свои традиции.

Я очень благодарен Вам, Администрации Президента Российской Федерации, Министерству образования и коллегам за то, что мы смогли найти такое решение, которое уважает духовность каждого ребенка, каждой семьи.

И не менее важно духовное воспитание в Армии. В Армию приходит юноша, а выйти должен самостоятельный мужчина. Здесь без воспитания, без основных моральных ценностей не обойтись. Там, где такого воспитания нет, возникают межнациональные конфликты, появляются разрушительные идеи ксенофобии, экстремизма. Духовные лица уже приходят в Армию. По опыту еврейской общины могу сказать, что есть позитивные результаты. Мы получаем очень хорошие отзывы и от солдат, и от офицеров, от генералов. Наверное, то же самое скажут представители других религий.

Когда в Армии работают представители всех наших традиционных религий, мирно уживаются и помогают друг другу, это и солдатам дает пример того, как важно относиться друг к другу с уважением, вместе делать одно дело. Я уверен, что вместе мы сможем полностью охватить наших детей и нашу молодежь духовным воспитанием. Уверен, что эта встреча даст нам всем новый импульс работы, чтобы новое поколение граждан России росло более морально и духовно здоровым. Спасибо.

МЕДВЕДЕВ Д.А.: Спасибо.

Слово пандито хамбо ламе. Аюшеев Дамба Бадмаевич, прошу Вас.

Хамбо лама АЮШЕЕВ Д.Б.: Уважаемый Президент! Уважаемый Патриарх! Наши братья по вере! Представители властных структур!

Я очень рад, что наша встреча сегодня происходит в таком хорошем тоне, что мы нашли по двум важным вопросам компромисс или решения, которые удовлетворят в первую очередь российское общество.

В течение нескольких лет у нас было общее напряжение, как преподавать религиозные основы в школах. Сегодня мы здесь стали свидетелями: Патриарх Кирилл и Вы, Президент Российской Федерации, принимаете такое судьбоносное решение, которое нас всех удовлетворяет, то, что решение было принято, чтобы все основы традиционных религий России преподавались в школе по выбору, каждый ребенок или родители имели право выбирать, что им слушать, что им принимать.

Самое главное, думаю, что дальнейшую работу надо будет продолжать. Мы в свою очередь, буддисты, будем вносить все свои возможности, чтобы в тех регионах, где живут буддисты, чтобы они получили достойную информацию о своей религии.

А по поводу второго, Армии, то у нас уже традиция существования или совместного сотрудничества наших буддистских священнослужителей была основана где-то лет 200 тому назад, когда, вы прекрасно знаете, что в Сибири, в Забайкалье первые казачьи части из числа бурят создавались. Мы, священнослужители, были во главе, когда мы создавали вот эти казачьи части. И у нас одна треть населения, бурятского населения, были традиционными казаками. То есть человек, родившийся в этих местах, обязан был служить. И те же самые ламы, которые находились в этих казачьих частях, были в них служивыми. Я думаю, что эти части отличались доблестью и все эти воины, которые проходили в то время в нашей части, принимали участие и достойно принимали участие. Не было такого, чтобы какой-либо буддист осрамил свою честь на поле боя. И наши братья калмыки вообще всю жизнь воевали. Поэтому, имея в виду воинский успех у буддистов, хотя мы и называем себя самой мирной религией, в тот же момент у нас опыт большой.

МЕДВЕДЕВ Д.А.: Страну защищать надо, конечно,

Хамбо лама АЮШЕЕВ Д.Б.: Да. Поэтому, я думаю, что мы, буддисты, в данном случае будем благодарны, Дмитрий Анатольевич, что все эти наши вопросы приняты, и мы находим общее понимание. Спасибо Вам большое.

МЕДВЕДЕВ Д.А.: Спасибо большое.

Я, прежде чем передам слово, может быть, для короткого комментария двум профильным министрам, несколько слов скажу, и мы отпустим представителей средств массовой информации.

Во-первых, я хотел бы всех уважаемых руководителей конфессий поблагодарить за абсолютно конструктивное обсуждение, за те добрые слова, ту степень консолидации, которую вы проявили, обратившись ко мне с соответствующими письмами, и которая, на мой взгляд, очень важна в современной России. Это единство подходов к тому, каким образом воспитывать молодежь и единство наших представлений о том, как должна выглядеть наша любимая и, надеюсь, в будущем абсолютно процветающая страна Россия.

Хотел бы обратить внимание на то, что это только самое начало нашей работы по этим двум направлениям. И конечно, мы будем следить за развитием ситуации. Поэтому будет и общественная дискуссия, я уверен, и после этой встречи она развернется, хотя она шла уже несколько десятилетий, по сути. Но она будет тоже активизирована, будут высказываться разные точки зрения. Мы, как люди готовые участвовать в этой дискуссии, на них будем откликаться, будем смотреть, может быть, даже какие-то коррективы вносить, если это потребуется. Но неизменным остаются наши представления о том, как могла бы выглядеть система духовно-нравственного воспитания молодежи как в школе, так и в Армии в ближайшие годы.

Поэтому я хотел бы вас сердечно поблагодарить за такую работу, как сказал Его Святейшество in corpore, но с учетом того, что все сегодня говорили красивые слова, такие, может быть, насыщенные формулировки давали, я надеюсь, что такого рода решения будут не ингибиторами позитивных процессов, которые будут происходить в нашей стране, а катализаторами. И уверен, что в этом примут участие все присутствующие здесь уважаемые руководители традиционных религиозных конфессий Российской Федерации.

А сейчас мы послушаем еще нашего коллегу профильного министра. Слово Министру обороны Российской Федерации Анатолию Эдуардовичу Сердюкову.

СЕРДЮКОВ А.Э.: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые участники совещания!

По поручению Президента Министерство обороны подготовило концепцию внедрения или восстановления военных священников в Вооруженных Силах Российской Федерации, и Дмитрий Анатольевич только что ее озвучил.

Если позволите, буквально чуть-чуть продетализирую, как мы это видим. Мы предполагали бы вариант достаточно динамичный, разделить его на два или три этапа. Первый этап должен быть до конца этого года, второй этап — первое полугодие следующего года и третий этап, скажем, — второе полугодие следующего, 10-го, года.

На первом этапе мы предполагали, что все воинские подразделения, а это военные базы, которые находятся у нас за пределами Российской Федерации, в первую очередь там есть существенная потребность в том, чтобы…

МЕДВЕДЕВ Д.А.: Вдали от Родины, что называется.

СЕРДЮКОВ А.Э.: Да, чтобы было окормление соответствующими военными священнослужителями. У нас таких баз буквально около десятка. Это Таджикистан, 201 военная база, которая в Душанбе находится, это 102 база, которая в Армении, в городе Гюмри, у нас в Южной Осетии сейчас сформирована бригада, в Абхазии, в Севастополе, есть подразделение, которое находится на территории Киргизии. Вот мы имели в виду, первый этап — там. И, естественно, очень сложным и очень ответственным для нас является Северо-Кавказский военный округ. Мы там предполагали тоже ввести на первом этапе священнослужителя, скажем, мусульманина, чтобы можно было бы сразу, с первого этапа, попытаться закрыть эту проблему.

Второй этап — первое полугодие 10-го года. Мы предполагали введение военных священников во всех остальных соединениях, которые будут сформированы уже к концу этого года. Это в основном бригады, военные базы авиационные, ну и так далее.

И в этом же втором этапе, либо в третьем этапе, тут уже просто для обсуждения, мы должны будем создать отделы непосредственно в округах и флотах, и на третьем, на последнем этапе, создать управление в центральном аппарате Министерства обороны, куда бы вошли все представители конфессий, и, соответственно, могли координировать всю работу, которая связана с военными священнослужителями. Мы действительно предполагаем, что это должен быть обязательно гражданский персонал. Дополнительных финансовых средств, по моему ощущению, это не потребует.

МЕДВЕДЕВ Д.А.: Почему? Объясните. Потому что некоторые коллеги наши считают, что потребуется. Почему?

СЕРДЮКОВ A.Э.: Я считаю, что мы изыщем то небольшое количество должностей гражданских служащих.

МЕДВЕДЕВ Д.А.: Сколько надо приблизительно? Мы же прикидывали, с учетом четырех традиционных конфессий, их распространенности, конечно, тоже.

СЕРДЮКОВ А.Э.: По нашим ощущениям, это будет порядка 200-250 должностей.

МЕДВЕДЕВ Д.А.: 200-250 должностей. Ну, это решаемая задача. А какая зарплата будет? Интересно просто.

СЕРДЮКОВ A.Э.: Мы в бригадах, конечно, попытаемся приравнять их к заместителя командира по воспитательной работе. Это где-то будет порядка 35-40 тыс. рублей.

МЕДВЕДЕВ Д.А.: Нормально. Ладно. Понятно. Естественно, работа будет идти поэтапно, так, как Вы и сказали.

СЕРДЮКОВ A.Э.: Да, конечно.

МЕДВЕДЕВ Д.А.: Уважаемые руководители конфессий, есть ли какие-то вопросы, которые хотелось бы абсолютно в откровенном ключе, хотя действительно это ваша инициатива, в то же время, не буду скрывать, она изначально мною поддерживалась, еще на этапе ее формирования. Есть ли какие-то вопросы, которые необходимо обсудить? Пожалуйста.

Муфтий ТАДЖУДДИН Т.: Недавно мы обсуждали, конечно, у нас тоже некоторые сомнения были. В Армии, по опыту нашему до 17-го года по национальностям были мусульманские полки, там полковые имамы были, а сейчас мы не можем этого допустить абсолютно. Какой-то, видимо, здесь не только компромисс, а обсудить, как это сделать. Например, во взводе или роте — сколько там мусульман, сколько православных, сколько других, как может там священнослужитель постоянно пребывать. Вот эти вопросы.

Сейчас говорили о воинских соединениях, которые на Северном Кавказе. Исмаил-хазрат, может, тоже сам скажет. Если привнести сейчас туда духовенство. Подумать вот здесь тоже не мешало и очень даже нужно, а то очень многие пытались эти конфликты превратить потом в межрелигиозные конфликты. А потом, если это коснется религиозной сферы, изживать это уже гораздо сложнее будет.

МЕДВЕДЕВ Д.А.: Не дай, Бог.

Вы знаете, я что могу сказать в порядке моего комментария. На мой взгляд, может быть, я ошибаюсь, может быть, действительно армейская проблема или армейское решение, оно все-таки, на мой взгляд, будет проходить проще, потому что это все-таки уже сформировавшиеся в значительной степени люди, и в отличие от школы в Армии есть командир. Независимо от того, православный этот командир, мусульманин, иудей или буддист, вот то, что он сказал, то и будет делаться. И это как раз задает нужную амплитуду развития. Конечно, нам нужно будет посмотреть, кого и где должно быть больше, меньше, с учетом этноконфессионального состава частей, соединений. Но я думаю, что все-таки это абсолютно решаемая вещь, и я не предвижу там каких-то особых проблем, хотя нужно работать очень тактично, исключительно тактично.

В этой связи, знаете, я вам скажу такую вещь. По этим направлениям, и по школьному, и по линии Министерства обороны, нам лучше что-то недоделать, чем передавить. Мы сейчас назвали сроки (потому что мы с вами об этом говорили, министры с вами встречались, договаривались), но если что-то будет развиваться медленнее, лучше чуть-чуть отсрочить, чем сказать: вот там Верховный Главнокомандующий сказал, директива утверждена, министры, реализуйте, — значит, и из-за этого получить сшибку какую-то. Нам это точно ни к чему. Мы очень долгое время жили в условиях подвешенности этих вопросов.

Но я думаю, что вы со мной согласитесь в одном. У нас действительно религия отделена от государства, но не принимать решения по этим вопросам уже тоже невозможно, потому что каждый раз, когда ко мне обращались, работал ли я в Правительстве, в Администрации Президента и вот сейчас работаю Президентом, что я обычно говорил, как, наверное, и вы, когда общаетесь со своей паствой: посмотрим, через какое-то время вернемся к этому вопросу. Так было и 10, и 15 лет назад. Но нужно уже какие-то все-таки акценты нам расставлять. Потому что в противном случае эти процессы рискуют выйти из-под нашего контроля, а это еще опаснее, в том числе в Армии. Мы должны понимать, что происходит в Армии. У нас там больше нет партполитработников, комиссаров. Они при всем нашем очень скептическом к ним отношении, я думаю, все его разделяют, они определенную функцию все-таки исполняли, они как-то сплачивали людей, и люди, может быть, под какими-то частично ложными даже, может быть, догматами, или представлениями, шли за Родину и умирали. Значит, у них должна быть сейчас какая-то основа, опора под ногами и вера в голове, самое главное.

Поэтому я считаю, что отсрочивать это тоже нельзя было. И собственно говоря, поэтому я считаю, что мы это решение, которое с вами совместно принимаем, я хоть и сказал, что это решение Президента, но Президент у нас в стране за все отвечает, но это, конечно, мне хотелось бы в это верить, это наше с вами общее решение, которое мы с вами совместно будем проводить, реализовывать, проявляя максимальную степень выдержки, аккуратности, внимательности друг к другу. Я считаю, что здесь, конечно, это самое главное.
Пожалуйста, Ваше Святейшество.

Патриарх КИРИЛЛ: Дмитрий Анатольевич, я в развитие того, что Вы сказали, чтобы, может быть, снять эту озабоченность. Что касается Армии, ведь у нас предполагается, что на уровне округа будет представлено духовенство всех конфессий. И вот я думаю, что эта группа вместе с соответствующими руководителями армейскими, и должна решать вопрос. Вот как ответить на эту Вашу озабоченность? Допустим, бригаду возьмем. Есть вот столько-то мусульман, столько-то православных. Понятно, что православный же не может к мусульманам идти, это будет контпродуктивно. Значит, нужен мусульманский священнослужитель. Значит, вот эта группа священнослужителей на уровне округа, она должна тогда озаботиться этим. А мы рядом будем, весь наш Межрелигиозный совет, все лидеры. Я думаю, что нам нужно будет время от времени встречаться и смотреть, как механизм работает.

МЕДВЕДЕВ Д.А.: На это весь расчет, конечно, почему я и сказал, что можно что-то подкорректировать, что-то сдвинуть, что-то приблизить.

И еще, мы понимаем, что есть ситуации, когда, скажем, участие воинского священнослужителя является крайне необходимым, а бывают ситуации, когда это не так уж требуется. Что я имею в виду под ситуацией крайней необходимости? «Горячие» точки — это реально места, где можно голову сложить. Армия — это всегда зона повышенного риска, но особенно в этих местах. Поэтому я думаю, что вот особенно в тех местах, где реально сложно, конечно, нам нужно добиваться того, чтобы любой прихожанин, любой человек, который исповедует ту или иную религию, все-таки имел возможность обратиться к своему священнослужителю. Это, может быть, там более сложно где-то в других местах и, наверное, можно самому лично помолиться, там еще что-то сделать, но вот в таких местах это, наверное, необходимо. И собственно говоря, ведь ради этого-то мы все вот это сейчас и затеваем. Ведь когда был такой всплеск именно деятельности воинских и флотских священнослужителей? Во время войны, когда трудно, когда нужно превозмогать все лишения, которые есть. Вот это, наверное, правильно было бы.

Ну что же, спасибо всем большое за продуктивную совместную работу.

СОДЕРЖАНИЕ

cism > < IIA-CIA-PART3 > < 200-120 > < cism > < 1z0-062 > < 810-403 > < 70-347 > < 1z0-062 > < 200-120 > < 352-001 > < 300-115 > < 70-486 > < EX200 > < pmp > < 100-105 > < 70-534 >

Top